Эмоциональное насилие

Сложности распознования

К сожалению, такая штука существует в нашем обществе и встречается намного чаще чем кажется. Эмоциональное насилие проявляется в отношениях с каким-либо значимым для вас человеком. Чаще это происходит в семье, но и в дружбе, и в отношениях, например, с начальником или деловым партнёром бывает тоже.

Человеку, в отношении которого совершается эмоциональное насилие, бывает крайне сложно распознать, что с ним на самом деле происходит. В этом часто основная сложность. Эмоциональный насильник успешно умеет перевернуть реальность с ног на голову, чтобы его жертва не могла предъявить конкретных претензий и взяла всю ответственность за происходящее в отношениях на себя.

Тем не менее. Если в ваших отношениях, которые скорее всего начинались прекрасно, вы с какого-то момента начинаете чувствовать себя все хуже, и это невозможно обсудить с партнёром.

Либо при обсуждении всякий раз оказывается, что вы сами виной вашим проблемам, а то и проблемам отношений, да и вашего партнёра в придачу. Если ваша самооценка в этих отношениях стремительно падает. Если вы постоянно чувствуете унижение и собственную несостоятельность, а то и ощущение собственного сумасшествия и ненормальности. В этом случае с большой долей вероятности над вами совершается эмоциональное насилие.

Выйти из этих отношений обычно крайне сложно. И даже если это удалось, то после требуется длительное время на то, чтобы восстановиться. Часто для этого необходима помощь.

В ситуации хронического насилия, когда ваши границы непрерывно находятся под атакой или возможностью атаки, сохранять адекватность восприятия бывает достаточно сложно. Многие, кто живет в такой атмосфере, как бы несколько теряют ориентацию и пытаются брать ответственность за действия насильника вместо ответственности за собственную жизнь. Это классические заявления из серии «я-сам(а)-виноват(а)-я-его/ее-спровоцировал(а)». Про это много написано хорошими и умными людьми, и не хочу повторять. Хочу про другой феномен, на мой взгляд, не менее важный. А именно, что частенько человек, живущий в ситуации хронического насилия, не принимает его за таковое. И связано это бывает с образом насильника. «Какой же он насильник, он ведь способен на хорошие, добрые поступки. Он же прекрасный отец, переводит бабушек через дорогу, вот другу недавно так помог, спас тонущего котенка, да и со мной сидел когда я болела с температурой, etc..» То есть в представлении человеческом если насильник, то монстр, в принципе не имеющий человеческих черт и неспособный к их проявлению, способный только мочить всех направо и налево. И тогда возникает вопрос — а много ли таких монстров ты видишь вокруг? У которых прям на лбу написано? Которые прилюдно жрут сырое мясо и маленьких детей? Нет? Интересно. А ведь насилия в нашем обществе достаточно много. Откуда бы?

Очень сложно отойти от демонизации в этом случае. Очень сложно бывает принять тот факт, что склонность к насилию это чаще всего только одна из составляющих личности. Что наряду с этой составляющей есть и другие, вполне человеческие качества. Сложно перестать расщеплять и начать ориентироваться не только на «хорошее», но учитывать все целиком. Сложно принимать тот факт, что насильник не только отличается от других людей тем, что совершает насилие, но может быть похож на них в любых других проявлениях. Что «хорошие» черты не являются знаком того, что человек что-то осознал и, так сказать, встал на путь исправления, а просто существуют наряду с темной стороной. Что если оставаться в этих отношениях, то светлые периоды будут все так же систематически сменяться периодами «избиений». Сложно. Но тем не менее, выход начинается с такого принятия. С признания человека, а не демона. Такое признание дает возможность оказаться в одной плоскости, что дает возможность заметить и себя тоже. Обнаружив же себя, пусть и в плачевном, израненном состоянии, можно, наконец, получить хоть какую-то опору и власть над своей жизнью. И потихоньку выбираться.

Юлия Локтионова

Юлия Локтионова
Аналитический психолог (юнгианский аналитик)